У истоков жизни: Ольга Сергеевна Матвеева



Мне хотелось создать серию фотографий, через которую я могла бы показать один день врача акушера-гинеколога, человека, который помогает появляться новым людям.
Чтобы мамы могли взглянуть на доктора в привычной для него обстановке, как бы «заочно познакомиться». Почувствовать, понять и выбрать «своего» врача на роды.
Героиня моей серии — Ольга Сергеевна Матвеева, Врач акушер-гинеколог родильного дома на Фурштатской. С ней вместе мы встречали мою младшую дочь и могу сказать однозначно: быть на одной волне с доктором, расслабиться и полностью ему довериться дорогого стоит!



Чай или кофе? — Кофе
Книги или кино? — Книги
Платье или брюки? — Брюки
Шпильки или кроссовки? — Кроссовки
ЕР или КС? — ЕР
Красная или синяя? — Зелёная (смеётся)
Партнёрские или с доулой? — Смотря с какой доулой

Хотелось бы что-то переиграть в своих родах?
— В моих личных? Всё.

 Ведёте ли статистику, сколько родов приняли с начала карьеры?
— За 22 года это уже не актуально, это просто нереально. У меня рекорд был 56 родов. Рекорд 18-го роддома. По-моему, его ещё никто не побил.

 Какие они, ваши идеальные пациентки?
— Весёлые, контактные, с чувством юмора, доверяющие. 

Что помогает восстанавливаться?
— Приготовление еды.

Всегда ли хотели стать акушером и какие были варианты?
— Так скажем, варианта быть акушером не было. Я поступила на 5 факультетов университета. Я была чистым технарём, математиком. Хотела быть алгоритмистом. Даже не знаю, есть ли такая профессия, но мне всегда очень нравились алгоритмы, последовательность действий.
У меня прабабушка акушер-гинеколог, бабушка педиатр, дедушка военно-полевой хирург (медиков достаточно было в семье), а по маминой линии мужчины военные, а бабушка была писательницей.
В детстве я играла во врача, в школе, естественно, хотела быть учителем, притом той специальности, которая мне больше на тот момент нравилась (то математики, то химии, то английского, то ещё чего-нибудь). Потом я училась в физико-математическим интернате при университете и выпускные экзамены у нас считались вступительными. Я поступила на 5 факультетов, собиралась идти на матмех, а потом как представила себе всю жизнь с компьютером, развернулась и ушла в медицинский. Всё-таки генетика сыграла где-то пусковым механизмом.

Что бы вы сейчас сказали себе самой тогда, в день окончания мединститута?
—  Все будет так как надо. У меня никаких претензий к моему пути нет. Я на всём пути находила какие-то свои плюсы, очень много опыта. Изначально 16 роддом — это жесткая патология, пороки, которые, возможно, многие даже вообще в своей жизни не видели. Поскольку в там необследованные, это жёсткая школа жизни.
Потом 18 роддом — это сумасшедший поток, стремление к тому, чтобы все родили естественным путём, доведённое иногда до маразматических вещей. В 18-м я поняла, что я могу родить всё. Вопрос «надо ли?».
Во Второй роддом я пришла, чтобы это был индивидуальный подход и чуть больше, так скажем, возможности выбора метода родоразрешения. Опыта много, умения хватает, а захотелось именно индивидуального подхода. Не на потоке, когда ты не всегда можешь уделить достаточно внимания и у тебя нет выбора, приходится принимать определённые решения. Захотелось так, чтобы ты с человеком на одной волне, вы продумали и т. д.

 Какая суперсила у акушеров?
— Умение быстро принимать решения и подстраиваться под обстоятельства.

Было ли у вас чудо в родах?
— Смотря, кто и что считает чудом. Для себя чудом я считаю только те истории, которые случились не у меня, так скажем.
У нас был случай тотальной отслойки плаценты с разрывом матки. Ребёнок плавал в брюшной полости, и он был живой. Вот это чудо, когда ребёнка извлекли из-под печени, и он был живой. Обычно при отслойке ребёнок погибает, а тут отслойка, разрыв матки, ребёнок из разрыва выплыл в брюшную полость, и его оттуда достали живым. Вот это чудо. 

Задать вопрос и записаться на съёмку